Все хреново, Марк Мэнсон

• Автор - Марк Мэнсон

• Всё хреново

• Книга рассказывает о кризисе надежды, о бесполезности веры в справедливый мир и о том, что качество нашей жизни определяется качеством нашей личности, а не тем, какими благами или невзгодами осыпает нас мир.

• Опираясь на мудрость Ницше и Канта, Платона и Тома Уэйтса, автор поможет вам выработать трезвый взгляд на все, что вас окружает.

• Узнайте в чем сила трех ньютоновских законов эмоций

• Столкнитесь своим Думающим и Чувствующим мозгом с Неприятной правдой, Классическим убеждением и Клоунской машиной

• Переверните ваши представления о счастье, вере, свободе и надежде.

• Обложка – твёрдый переплёт

Никогда еще в человеческой истории мы не жили так хорошо: победили кучу болезней, получили доступ к мировым знаниям и окружили себя комфортом технологий. Однако чем лучше становится жизнь, тем больше мы тревожимся и переживаем. Живем с ощущением, что все хреново. Планета нагревается, экономическое неравенство зашкаливает, политики воруют и врут.

Нашей неуверенностью в будущем, отчаянием и надеждой, что все будет нормально, умело пользуются все кому не лень — от маркетологов, впаривающих нам очередную ненужную хрень, до религиозных и политических деятелей.

Оставь надежду, всяк читающий эту книгу. The Times Хотя мир и кажется безнадежным местечком, это не значит, что вам позволено перестать вести себя как порядочный человек. New York Post Эта книга придется по душе тревожащимся читателям, которые стремятся найти свой подход к оптимизму. Журнал Publishers Weekly От автора международного мега-бестселлера "Тонкое искусство пофигизма". Мы живем в интересное время. У нас есть все самое лучшее, что когда-либо было: мы свободнее, здоровее и богаче любого народа в истории человечества. Тем не менее, почему-то все кажется непоправимым и ужасным. Планета нагревается, правительства терпят неудачу, экономика рушится, и все постоянно обижаются на Twitter. В этот исторический момент, когда у нас есть доступ к технологиям, образованию и коммуникациям, о которых наши предки не могли даже мечтать, многие из нас возвращаются к главенствующему чувству безнадежности.